The South Bushwick Reformed Church has lost its fight to save its historic Fellowship Hall building attached to its fire-ravaged sanctuary, according to Pastor James Steward. Over the last two weeks, the city demolished the original church building, and the Department of Buildings began razing the historic addition on Tuesday. 

Since the blaze on Friday, June 19, the church and preservationists have been scrambling to save what is left of the iconic Greek Revival structure at 855-867 Bushwick Ave., raising funds from the public, and negotiating with a developer over an air rights deal, they have said.

However, it seems that struggle has come to an end.

“It is with extremely heavy hearts that the South Bushwick Church reports that, despite its best efforts, we have been informed that demolition of the remaining structures at 855 Bushwick will commence tomorrow,” Stewart said in a July 13 statement.

“Since the emergency demolition order was issued by the Department of Buildings on June 22, the church, with its very modest means, has done all it could to work with attorneys, engineers, and contractors to meet the requirements necessary to hold that order,” he continued. “Unfortunately, despite our and our team’s tireless efforts, today we learned that demolition will commence tomorrow on the parish hall. We will take this time to mourn, but rest assured we remain committed to being a positive and continued presence in the community. We thank the community for its continued support.”

Dina Alfano of Bushwick Historic Preservation Association, who has been working with the church to save the historic addition, said the Department of Buildings had twice rejected submissions from the church to pause the demolition while it did the necessary work to submit plans to save the building.

“We had a great team assembled. We had an attorney who was working with us. But the ultimate obstacle was time, that was the real obstacle,” she said.

Alfano said that during a Zoom meeting Monday, which included reps from DOB, Housing Preservation and Development, the Department of Environmental Protection, and the church, the DOB reps said demolition of Fellowship Hall would start on Tuesday.

“That left us basically less than half a day to try to get a team in there to get them the remaining information they needed,” she said, adding that included probing whether the party wall is stable and aspects of asbestos containment. “The long and the short of it is that it just wasn’t possible with the time constraints to get them what they wanted.”

Despite talk of an air rights deal with a developer, the developer was not on the call and the church had been working alone on the plans to save Fellowship Hall with its “modest means,” Alfano said. 

The local preservation nonprofit will continue to work with Steward and the church on the future of the site, Alfano said, adding “there’s a long road ahead, obviously, and right now everything is unknown.”

An iconic landmark

Saving part of the structure “preserves the landmarked status” of the entire building, Steward told News 12 Friday. “In demolishing it fully, we’ve been told we’d be likely to be de-landmarked.” In that case, the property could be developed, “and then we’d be forced to sell,” he said.

The statement was a dramatic change from earlier vows that the church would rebuild, save Fellowship Hall, and would not sell to a developer.

While owners of empty lots are not required to sell them, the city will bill the church for the cost of demolition, a sum that is likely to exceed the $15,000 the church has raised so far with its GoFundMe. As well, rebuilding even part of the structure to Landmark Preservation Commission standards could potentially cost millions.

Fellowship Hall is a Greek Revival church addition at 867 Bushwick Avenue with a striking pediment and pilasters that was completed in 1881 as a Sunday school building. Church engineers said it is stable in their June 24 report. The original 1853 church building at 855 Bushwick Ave., a country-style Greek Revival in white clapboard with its iconic steeple, appeared to be a near total loss. The entire structure was landmarked in 1968.

In 2019, the church explored options to develop its non-landmarked property, the rectory at 15 Himrod St., in exchange for capital and income that would allow it to repair and maintain the church. But no deal materialized.

In 2022, the church transferred ownership of 15 Himrod St.,, a freestanding mid-19th century Italianate house, to the pastor and his wife, public records show. The state attorney general, which oversees disposition of religious and nonprofit property, did not approve the transaction, the AG’s office told Brooklyn Paper’s sister pub Brownstoner. If a court approved the transfer instead, no record could be found. 

As a development site, 855-867 Bushwick Ave. could sell for “north of $7 million” and “luxury rentals” would be likely, thanks to the strong demand for rentals in the area, a commercial property broker who requested anonymity told Brownstoner. 

A deal with a developer

Two weeks ago, church leadership told Brownstoner it was exploring an air rights deal with a developer to save Fellowship Hall and rebuild the church. The developer’s architect even went so far as to submit a hold request to the DOB, which was rejected because such requests must be filed by the property owner, Alfano told Brownstoner at the time.

The developer may have been Bushwick Realty Holdings LLC, a well-known Brooklyn firm that has experience with religious sites and owns and has developed an entire block across the street from the church at 871 Bushwick Ave. Its architect for that project and others is Syndicate Architecture PLLC. Bushwick Realty Holdings has not yet replied to  requests for comment.

Stabilizing and rebuilding the structure to Landmark Preservation Commission standards could potentially cost millions. In 2022, the church completed repair work to its iconic steeple, which had been damaged in a storm. That effort totaled $87,000, much of which came from grants from preservation organizations including the New York Landmarks Conservancy. At the time, the church estimated about $250,000 more would be required to complete needed repairs.

Suspicious behavior minutes before the blaze

The FDNY and NYPD are investigating the fire “as an arson incident” the New York Daily News reported Saturday, citing “FDNY sources.” A “person of interest” was spotted “fleeing from the South Bushwick Reformed Church” just before the blaze, the sources told the Daily News.

On Tuesday, FDNY fire marshals said the cause of the fire is “incendiary” a department spokesperson said, meaning they are investigating it as an arson.

The confirmation followed Brownstoner’s report Friday that a security video from a neighbor shows suspicious behavior on church property just before the fire broke out. In the video, which the neighbor shared with investigators, a person can be seen going back and forth along the northwest side of the church facing Stanhope Street in an area generally not accessed by the public, stopping to look at windows, and coming and going from the direction of Bushwick Avenue. At one point, the figure disappears behind shrubbery near a side door to the church, and a loud noise is heard twice.

Someone on Bushwick Avenue saw a person leaving church property just before the fire, another neighbor said. 

Many Bushwick residents and preservationists said they are “heartbroken” by the blaze and the loss of the iconic local landmark. In the days after the church burned, Alfano said the community is “absolutely devastated” by the destruction given the building’s history and status on the Bushwick thoroughfare.

In addition to saving Fellowship Hall, many items including stained glass windows, the church’s bronze plaque, and historic columns appeared salvageable and should have been rescued amid the demolition, according to concerned neighbors and preservationists.

Workers have been wetting down the burnt and contaminated structure before extracting pieces of it with the excavator, as required when asbestos or lead could be present, and an apparent decontamination trailer has been parked at the property throughout the operation. Still, neighbors have complained about “clouds of dust” coming off the site, with one stating “my throat hurts.”

A version of this story first appeared on Brooklyn Paper’s sister site Brownstoner. 

Do you have thoughts on the MTA’s Interborough Express light rail project? Do you want to learn more about it? Then you’re in luck.

The transit authority is hosting a series of pop-up events along the proposed IBX route this summer. The workshops began earlier this month and will run through September.

The MTA is hosting the events at several subway stations and bus hubs along the IBX’s planned crosstown route between Brooklyn and Queens, slated to serve as future transfer points to the light rail, the agency said. The sessions will give commuting straphangers the opportunity to pepper MTA personnel with questions on the project and offer feedback on various aspects of it, including station design and public realm enhancements for the areas surrounding proposed stations.

At the same time, MTA customer service agents will share updates on the IBX’s progress with riders and ask how they plan on using the agency’s newest transit option once it is completed, according to the transit authority.

The workshops include activities, one of which involves riders simulating mapping out their expected IBX trips and sharing how frequently they plan to use the light rail. A separate exercise invites commuters to rank their priorities for designing IBX stations, indicating the order of importance for being informed about service, comfort, and representing their communities.

Yet another activity asks participants to illustrate their ideal trips along the IBX by using images of features such as lighting, seating, and public art.

Lisa Daglian, executive director of the rider advocacy group the Permanent Citizens Advisory Committee to the MTA, said that while the MTA has already been doing public engagement around the project, “not enough people know about it yet.”

“The IBX is a terrific project, and the more people know about it, the better,” she said. “The best way to reach people is where they are, and that’s in stations. So, hats off.”

Daglian added that “this is something people should have a say in, people who live in the area, people who work in the area, people who visit the area that it’s going to go through, and be able to put their two cents in.”

The undertaking marks the MTA’s largest expansion of its transit system in over half a century. Using already-existing Long Island Rail Road and freight tracks, the agency will construct a new crosstown line, running through many Brooklyn and Queens neighborhoods currently underserved by public transit.

Its proposed 18-stop route promises to move commuters end-to-end between Brooklyn’s Bay Ridge section and Queens’ Jackson Heights area in 32 minutes. Currently, it would require several transfers to travel between the two points by train without going through Manhattan.

The MTA says the line will offer a new transit option for nearly 900,000 people and projects to have an average weekday ridership of roughly 160,000. It will make stops across several areas with no or very limited subway access, including Canarsie, Flatlands, and Maspeth.

The pop-up events are part of the public engagement portion of the planning process, which began with an earlier series of six public workshops in April. 

Махмуд Халил не является гражданином Соединённых Штатов. Однако именно в США он стал одним из организаторов, переговорщиков и публичных представителей протестного движения в Columbia University — движения, сопровождавшегося антисемитской травлей, запугиванием и созданием враждебной среды для еврейских студентов. Теперь Халил, которого американские власти пытаются депортировать, сам подал в суд на госсекретаря, чиновников Белого дома и произраильские организации.

Современная американская иммиграционная система устроена удивительно.

Человек приезжает в страну, получает право на постоянное проживание, становится одним из лидеров движения, в ходе которого еврейские студенты жалуются на преследование и исключение, а университетские помещения превращаются в территорию политического противостояния.

Затем правительство пытается применить к нему иммиграционное законодательство.

И тогда уже само правительство обвиняют в заговоре.

Так возникает главный вопрос: почему организатор антисемитских протестов Махмуд Халил всё ещё находится в Соединённых Штатах?

Не случайный прохожий и не простой участник

Халил часто изображает себя жертвой преследования исключительно за политические взгляды. Однако он не был случайным студентом, который один раз пришёл на демонстрацию с плакатом.

В собственном иске Халила говорится, что он был выбран посредником между протестующими и администрацией Columbia University и стал одним из наиболее известных публичных представителей движения. В многочисленных материалах он описывается как организатор и ведущий переговорщик лагеря Gaza Solidarity Encampment.

Иными словами, Халил был не зрителем. Он занимал руководящую и представительскую позицию в движении, которое оказывало непосредственное давление на университет.

При этом Халил не являлся и не является гражданином США. Он обладатель статуса постоянного жителя — грин-карты.

Это важное различие.

Американская Конституция предоставляет негражданам значительную правовую защиту, однако грин-карта не превращает иностранного гражданина в американца и не гарантирует безусловного права навсегда оставаться в стране.

Были ли протесты антисемитскими?

Да, для такой характеристики существуют серьёзные документальные основания.

Речь идёт не о том, что любая критика правительства Израиля автоматически является антисемитизмом. Критиковать израильского премьер-министра, военные операции или политику США можно, и это само по себе не является ненавистью к евреям.

Однако протестное движение в Columbia вышло далеко за пределы обычного политического несогласия.

Рабочая группа по антисемитизму, созданная самим Columbia University, собрала многочисленные свидетельства еврейских и израильских студентов о словесных оскорблениях, преследовании, социальной изоляции, давлении, препятствовании доступу к университетским пространствам и отдельных случаях физического воздействия. В отчёте говорится, что после нападения ХАМАС 7 октября 2023 года еврейские студенты начали сообщать о притеснениях, словесных оскорблениях и физических инцидентах.

В первом отчёте рабочей группы Columbia также зафиксировано, что протестующие срывали занятия и мероприятия, захватывали пространства в учебных зданиях, проводили несанкционированные акции и использовали агрессивные выражения в адрес людей, которые снимали происходящее или просто проходили рядом. Университет получил и сообщения о причинении физического вреда студентам.

Министерство образования США позднее пришло к официальному выводу, что Columbia проявила сознательное безразличие к преследованию еврейских студентов и тем самым нарушила требования Title VI Закона о гражданских правах.

Федеральное правительство также заявляло, что еврейские студенты Columbia сталкивались с насилием, запугиванием и антисемитской травлей.

Поэтому протесты, одним из организаторов и публичных представителей которых был Халил, обоснованно можно назвать антисемитскими протестами либо, ещё точнее, протестным движением с выраженными и документально подтверждёнными антисемитскими проявлениями.

Это не означает, что каждый участник лагеря ненавидел евреев.

Но если движение сопровождается систематической травлей евреев, исключением еврейских студентов и созданием для них враждебной среды, антиеврейский элемент нельзя вычеркнуть из истории только потому, что организаторы предпочитают слово «солидарность».

За что именно пытаются депортировать Халила?

Халил был задержан иммиграционными властями в марте 2025 года и провёл под стражей 104 дня. Ему не предъявляли уголовных обвинений в связи с протестами.

Администрация добивалась его удаления из страны, используя положение Закона об иммиграции и гражданстве, позволяющее госсекретарю определить, что присутствие иностранца может иметь серьёзные неблагоприятные последствия для внешней политики США.

В решении Совета по иммиграционным апелляциям Министерства юстиции приводится позиция госсекретаря о том, что участие Халила в антисемитских протестах и разрушительной деятельности способствовало формированию враждебной среды для еврейских студентов и противоречило внешнеполитическим интересам США.

9 апреля 2026 года Совет по иммиграционным апелляциям оставил в силе решение о выдворении Халила. Совет также пришёл к выводу, что он не доказал право на освобождение от депортации и что сохранение его статуса не отвечает интересам Соединённых Штатов.

Администрация дополнительно утверждает, что Халил скрыл или неверно указал существенную информацию в документах на получение постоянного статуса. Халил и его адвокаты отвергают это обвинение.

Окончательный исход дела всё ещё зависит от дальнейших судебных процедур.

Почему его ещё не депортировали?

Потому что Соединённые Штаты — правовое государство, а не гостиница, где администратор может просто аннулировать карточку постояльца.

Обладатель грин-карты имеет право на иммиграционное разбирательство, административную апелляцию и обращение в федеральные суды.

Халил использует все доступные уровни обжалования.

15 января 2026 года Апелляционный суд США Третьего округа отменил ключевое решение нижестоящего суда, которое помогло Халилу выйти из-под стражи. Апелляционный суд постановил, что претензии, непосредственно связанные с решением о выдворении, должны рассматриваться в порядке, специально установленном Конгрессом для иммиграционных дел.

Это решение не означало, что суд признал Халила лично виновным в насилии. Оно также не означало немедленной депортации.

Оно означало, что его адвокаты должны продолжать спор через предусмотренные иммиграционным законодательством процедуры.

И они продолжают.

Халил намерен обращаться в Верховный суд, а федеральные суды временно ограничивали возможность его повторного задержания на время подготовки дальнейшей апелляции.

Таким образом, он всё ещё находится в США не потому, что решение о депортации исчезло, а потому, что его исполнение стало предметом нескольких параллельных судебных процессов.

Теперь Халил сам обвиняет Америку в заговоре

14 июля 2026 года Халил подал новый иск в федеральный суд Манхэттена.

Среди ответчиков названы госсекретарь Марко Рубио, заместитель главы аппарата Белого дома Стивен Миллер, другие федеральные чиновники, а также Heritage Foundation, Canary Mission и Betar.

Халил утверждает, что государственные деятели и частные произраильские организации вступили в сговор, чтобы выявлять, запугивать, задерживать и депортировать иностранных участников пропалестинского движения.

Иск основан, в частности, на федеральном законе 1871 года, который часто называют Ku Klux Klan Act. Этот закон позволяет предъявлять гражданские требования в связи со сговором, направленным на лишение людей конституционных прав.

Однако необходимо помнить: иск — это изложение обвинений одной стороны, а не решение суда.

Факт подачи жалобы не доказывает существования заговора. Ответчики смогут оспорить фактические и юридические утверждения Халила.

В самой жалобе Халил подробно описывает себя как заметного лидера и публичного представителя протестов, одновременно утверждая, что правительство превратило его политическую деятельность в основание для преследования.

Получается почти идеальная юридическая сатира.

Сначала человек становится публичным руководителем политического движения.

Затем организации публично документируют деятельность этого руководителя.

После этого правительство использует собранную информацию в иммиграционном процессе.

И наконец, сам факт взаимодействия между теми, кто собирал сведения, и теми, кто применял закон, объявляется заговором.

Свобода слова не равна праву на постоянное проживание

Сторонники Халила утверждают, что его преследуют за политическую речь.

Это серьёзный вопрос, который должны рассматривать суды. Конституционная защита свободы слова распространяется не только на граждан США.

Однако из этого не следует, что свобода слова автоматически гарантирует иностранцу право постоянно жить в Америке.

Негражданин может критиковать президента США.

Он может осуждать Израиль.

Он может поддерживать палестинское движение.

Он может подавать в суд на государственных чиновников.

Но его иммиграционный статус всё равно регулируется федеральным законом.

Свобода слова означает, что государство не может незаконно наказать человека только за выражение мнения.

Она не означает, что грин-карта становится неотменяемой наградой за политическую активность.

И она тем более не означает, что Соединённые Штаты обязаны игнорировать руководящую роль иностранца в движении, сопровождавшемся антисемитским запугиванием и нарушением прав еврейских студентов.

А лично Халил запугивал еврейских студентов?

Здесь важно соблюдать точность.

Официальные документы подтверждают руководящую и публичную роль Халила в протестном движении. Они также подтверждают, что это движение сопровождалось антисемитской травлей, запугиванием и созданием враждебной среды для еврейских студентов.

Однако публичного уголовного приговора или окончательного судебного решения, устанавливающего, что Халил лично угрожал конкретному еврейскому студенту либо лично применял насилие, нет.

Поэтому корректная формулировка выглядит так:

Махмуд Халил был одним из организаторов и публичных представителей антисемитского протестного движения в Columbia University, в ходе которого еврейские студенты сталкивались с травлей, запугиванием и враждебной средой.

Некорректно без дополнительных доказательств утверждать:

«Халил лично избивал или угрожал еврейским студентам».

Разница важна не только юридически.

Организатор несёт политическую и моральную ответственность за характер движения, которое он представляет. Но такая ответственность не позволяет автоматически приписывать ему каждое действие любого участника.

Америка, которая защищает даже своих обвинителей

Возможно, главный парадокс этой истории состоит именно в том, что Халил всё ещё может судиться.

Он может обвинять госсекретаря.

Может обвинять Белый дом.

Может обвинять частные организации.

Может проводить пресс-конференции.

Может требовать компенсацию.

Может обращаться в апелляционный суд.

Может готовить обращение в Верховный суд.

И всё это происходит в стране, которую участники подобных движений регулярно описывают как безнадёжно репрессивную.

Получается чрезвычайно странная диктатура: с адвокатами, открытыми судебными заседаниями, публикацией решений, многоступенчатыми апелляциями и правом иностранного гражданина годами судиться с федеральным правительством.

Так почему Махмуд Халил всё ещё в США?

Потому что Америка соблюдает надлежащую правовую процедуру даже в отношении человека, которого правительство считает подлежащим депортации.

Потому что постоянного жителя нельзя выслать одним распоряжением чиновника.

Потому что решение иммиграционного суда можно обжаловать.

Потому что федеральные суды могут временно ограничивать задержание и удаление.

Потому что американская система защищает индивидуальные права даже тогда, когда человек использует эти права для борьбы с самой системой.

Но соблюдение процедуры не означает, что Халил получил пожизненное право оставаться в Соединённых Штатах.

Решение о его выдворении существует. Оно прошло административную апелляцию. Теперь его адвокаты пытаются остановить исполнение решения через федеральные суды и новый гражданский иск.

Поэтому точный ответ звучит так:

Махмуд Халил всё ещё находится в США не потому, что власти признали его право остаться, а потому, что американская судебная и иммиграционная система позволяет ему продолжать оспаривать депортацию.

И общество вправе задать следующий вопрос:

если негражданин стал одним из руководителей антисемитского протестного движения, если официальные органы подтвердили создание враждебной среды для еврейских студентов, а иммиграционные инстанции уже оставили в силе решение о его выдворении — должна ли последовательность новых исков превращаться в бессрочную гарантию проживания?

Свобода слова защищает право Махмуда Халила говорить.

Надлежащая процедура защищает его право судиться.

Но ни Конституция, ни свобода слова не обязывают Америку выдавать иностранному политическому активисту пожизненный абонемент на проживание в Соединённых Штатах.

Официальные источники и документы

• Министерство юстиции США — решение Совета по иммиграционным апелляциям по делу Махмуда Халила, 9 апреля 2026 года:
  
  Matter of M-K-, 29 I&N Dec. 556 — Executive Office for Immigration Review
  
• Апелляционный суд США Третьего округа — решение по делу Khalil v. President of the United States, 15 января 2026 года:
  
  Официальный текст решения федерального апелляционного суда
  
• Columbia University — отчёт №2 рабочей группы по антисемитизму:
  
  Columbia University Student Experiences of Antisemitism
  
• Полная PDF-версия отчёта Columbia о травле, изоляции и случаях физического воздействия на еврейских и израильских студентов:
  
  Report #2: Student Experiences of Antisemitism and Recommendations
  
• Columbia University — отчёт о правилах демонстраций и нарушениях во время протестов:
  
  Report #1: Columbia University’s Rules on Demonstrations
  
• Полная PDF-версия отчёта Columbia о демонстрациях:
  
  Columbia University’s Rules on Demonstrations
  
• Columbia University — результаты исследования атмосферы на кампусе в 2023–2024 учебном году:
  
  Campus Climate Survey from the Task Force on Antisemitism
  
• Министерство образования США — официальное заключение о нарушении Columbia University требований Title VI:
  
  Columbia acted with deliberate indifference toward harassment of Jewish students
  
• Министерство образования США, Министерство юстиции, HHS и GSA — отмена федеральных грантов и контрактов Columbia на сумму около $400 млн:
  
  Federal action concerning antisemitic harassment at Columbia University
  
• Columbia University — официальный раздел рабочей группы по антисемитизму со всеми отчётами:
  
  Columbia University Task Force on Antisemitism
  
• Сенат Columbia University — официальный отчёт о протестах 2023–2024 годов:
  
  The Sundial Report: The 2023–2024 Protests at Columbia University
  

Примечание редакции: официальные документы подтверждают наличие антисемитской травли, дискриминации и враждебной среды для еврейских студентов, а также руководящую и публичную роль Махмуда Халила в протестном движении. При этом они не являются уголовным приговором, устанавливающим, что Халил лично совершал насилие или лично угрожал конкретному студенту.

В новом эфире Юрий Дашевский и нью-йоркский адвокат Борис Палант связали трагические судьбы американцев в сталинском СССР с современными идеологическими спорами, войной в Украине, Международным уголовным судом и кризисом американского образования

Новый выпуск Юрия Дашевского «Испытание безумием» начинается как исторический разговор, но постепенно превращается в дискуссию о сегодняшней Америке. Гость эфира — нью-йоркский адвокат и писатель Борис Палант, много лет специализирующийся на иммиграционном и международном праве.

Главный вопрос передачи можно сформулировать так: почему люди снова верят обещаниям идеологий, последствия которых история уже продемонстрировала?

В центре разговора оказались американцы, отправившиеся в Советский Союз в конце 1920-х и начале 1930-х годов. Одни ехали из-за экономического кризиса и безработицы, другие действительно мечтали участвовать в строительстве нового общества. Некоторых встречали как ценных специалистов и героев социалистической индустриализации. Позднее многие из них стали подозреваемыми, заключёнными и ссыльными.

Эфир продолжительностью около часа был опубликован на канале Yura Dashevsky 15 июля 2026 года.

Американец, который помнил каждую улицу Бруклина

Наиболее сильной частью передачи становится история Джейкоба Тенцера — героя одного из рассказов книги Бориса Паланта «Дура Lex».

По воспоминаниям Паланта, Тенцер вырос в Бруклине, а в 1930-е годы приехал в СССР помогать строить коммунизм. Вскоре его арестовали и обвинили в шпионаже. Во время следствия американца поместили в так называемый каменный мешок — настолько тесную камеру, что человек не мог ни сесть, ни лечь.

Тенцер, как рассказывал Палант, отказался подписывать ложное признание. Для него было невозможно признаться в том, чего он не совершал. Эта внутренняя граница, возможно, и спасла ему жизнь: вместо расстрела последовали ссылка, десятилетия жизни в СССР и работа в Харькове.

Много лет спустя, гуляя с молодым Борисом Палантом после заседания английского клуба, Тенцер произнёс:

«Вот я сейчас закрываю глаза и представляю себя в Бруклине. И куда бы ты меня ни завёз, я найду дорогу домой. Я помню каждую улочку в Бруклине».

Для Паланта эта фраза стала не политическим лозунгом, а признанием человека, который прожил две жизни. Физически он находился в Харькове, но мысленно его домом продолжал оставаться Бруклин. История Тенцера в передаче основана прежде всего на личных воспоминаниях автора и приведённом в книге рассказе.

Как Ford помогал строить советский автопром

История американцев в СССР не была единичной случайностью.

31 мая 1929 года Ford Motor Company заключила соглашение с советским правительством о технической помощи при создании автомобильного производства. СССР обязался приобрести десятки тысяч комплектов автомобилей и запасных частей Ford на сумму примерно 30 миллионов долларов. На основе американских технологий в Нижнем Новгороде создавался будущий Горьковский автомобильный завод.

На строительство и запуск производства отправились более 300 американцев. Среди них были специалисты Ford, инженеры, рабочие и члены их семей. Одни сочувствовали коммунистическим идеям, но многие просто искали работу во время Великой депрессии.

Сначала американцам предлагали контракты, жильё и участие в масштабном промышленном проекте. Однако по мере усиления сталинского террора иностранное происхождение стало рассматриваться как основание для подозрений. Люди, которых вчера показывали как образцовых строителей социализма, сегодня могли оказаться «американскими шпионами».

Виктор Херман: от «русского Линдберга» до ГУЛАГа

Одной из наиболее известных подобных судеб стала история Виктора Хермана.

Он приехал в СССР из Детройта в 1931 году шестнадцатилетним подростком. Его отец работал на проекте Горьковского автозавода. Виктор стал известным спортсменом-парашютистом и получил прозвище «русский Линдберг».

Однако в 1938 году Хермана арестовали. Десять лет он провёл в лагерях, затем оставался в принудительной ссылке. Вернуться в США ему разрешили только в 1976 году — через 45 лет после отъезда из Детройта. Позднее он написал книгу Coming Out of the Ice, по которой был снят телевизионный фильм.

В эфире также вспоминали Томаса Сговио, Роберта Робинсона и Ловетта Форт-Уайтмена.

Сговио оставил мемуары Dear America! Why I Turned Against Communism, включённые Гарвардским университетом в каталог англоязычных первичных источников по истории СССР.

Роберт Робинсон, чернокожий рабочий и инженер из Детройта, прожил в Советском Союзе более четырёх десятилетий и рассказал об этом в автобиографии Black on Red: My 44 Years Inside the Soviet Union.

Убеждённый американский коммунист Ловетт Форт-Уайтмен был обвинён в «антисоветской агитации», отправлен в систему лагерей Колымы и умер в заключении в 1939 году.

Признание или правда

История Джейкоба Тенцера позволила Паланту сформулировать один из основных тезисов передачи: в советской тюрьме столкнулись две совершенно разные правовые культуры.

Для американца признание означало подтверждение факта. Подписать документ о преступлении, которого он не совершал, означало солгать и принять личную ответственность за эту ложь.

Для сталинской следственной системы признание нередко было не результатом поиска истины, а необходимым элементом заранее подготовленного обвинения.

Поэтому слова Тенцера — «я не признался, потому что я был американцем» — Палант рассматривает не как заявление о национальном превосходстве, а как выражение правового сознания человека, привыкшего считать свои слова личным обязательством.

Архивный документ может сообщить, что человек был арестован и отказался признать вину. Но только личное свидетельство способно объяснить, почему он предпочёл терпеть пытки, а не подписать ложь.

От сталинского прошлого — к сегодняшней Америке

Во второй части передачи исторический разговор переходит в современную политику.

Дашевский и Палант предупреждают об опасности идеологической романтизации социализма и авторитарных движений. По их мнению, часть молодых американцев воспринимает революционные лозунги как форму борьбы за справедливость, не понимая, чем подобные эксперименты заканчивались для предыдущих поколений.

Участники резко критикуют состояние университетского образования, антиизраильский активизм и попытки объявить радикальные политические идеи новой общественной нормой. Эти оценки являются политической позицией авторов передачи, а не установленными фактами.

Палант подчёркивает, что изменение общественного сознания невозможно провести одним президентским указом или за один избирательный цикл. Для восстановления исторической памяти и уважения к конституционным принципам, по его мнению, потребуется работа нескольких поколений.

Дональда Трампа участники поддерживают прежде всего как политика, готового ломать сложившуюся систему, хотя Палант отдельно признаёт, что решения администрации в сфере иммиграции затрагивают и достойных людей, годами живших и работавших в США.

Иммиграционное предупреждение от адвоката

Отдельный практический фрагмент посвящён людям, пытающимся легализоваться в Соединённых Штатах.

Палант предупреждает: адвокат не способен создать законное основание для получения статуса, если такого основания не существует. Человек, получивший честный, но неприятный ответ, иногда продолжает искать специалиста, который пообещает гарантированный результат.

В конце концов находится тот, кто предлагает «начать с десяти тысяч долларов». После сомнительных заявлений или процедур положение клиента может стать ещё хуже.

Палант подчёркивает, что не ведёт в эфире рекламу своей практики и не набирает новые дела. Его совет сводится к простому принципу: обещание результата не является доказательством существования юридического пути.

Азовское море и «теневые» танкеры

Ещё одна тема разговора — попытка России объявить Азовское море исключительно своими внутренними водами.

Палант напомнил, что международное сообщество не признаёт российскую аннексию Крыма, Донецкой, Луганской, Херсонской и Запорожской областей. Поэтому установление Россией контроля над побережьем не создаёт автоматически признанного международным правом суверенитета над всем Азовским морем.

Генеральная Ассамблея ООН в резолюции от 12 октября 2022 года осудила попытку аннексии украинских территорий. Документ был принят 143 голосами против пяти при 35 воздержавшихся.

Более сложным оказался вопрос о российских нефтяных танкерах, обходящих санкции. Палант объяснил, что получение российским бюджетом доходов от продажи нефти ещё не обязательно превращает гражданское судно в законную военную цель.

Международное гуманитарное право защищает гражданские и торговые суда, пока они не начинают непосредственно содействовать военным операциям — например, перевозить войска, оружие или оказывать иную прямую поддержку боевым действиям. Самого экономического вклада в бюджет воюющего государства для автоматической утраты защиты недостаточно.

Может ли Международный уголовный суд судить граждан страны, не признавшей его власть?

В финале передачи участники коснулись Международного уголовного суда и заявления государственного секретаря Марко Рубио.

14 июля 2026 года Государственный департамент США объявил о кампании против действий МУС, которые администрация рассматривает как угрозу американскому суверенитету.

США не являются участником Римского статута. Однако Международный уголовный суд утверждает, что в определённых обстоятельствах его юрисдикция может распространяться и на граждан государств, не присоединившихся к договору: например, когда предполагаемое преступление совершено на территории страны — участницы Римского статута или государства, отдельно признавшего юрисдикцию суда.

Именно эту возможность американская администрация считает опасной для своих военнослужащих и должностных лиц.

Испытание не только историей

Название передачи — «Испытание безумием» — относится не только к судьбам американцев, попавших в сталинский СССР.

Это испытание общества способностью отличать обещание от результата, лозунг от закона, сочувствие от политической слепоты, а признание — от истины.

Люди, отправлявшиеся строить коммунизм, не обязательно были глупыми или злонамеренными. Многие искренне хотели создать более справедливый мир. Трагедия заключалась в том, что созданная ими система перестала признавать за человеком право на собственную жизнь, слово и возвращение домой.

В конце выпуска Дашевский и Палант сообщили, что средства от продажи книг «Дура Lex» и «Билль о правах» направляются на помощь Украине, включая закупку медицинских принадлежностей и учебных материалов.

Главный герой этой передачи — не социализм, не Трамп, не Россия и даже не международное право. Главный герой — человек, который после десятилетий изгнания закрывает глаза и всё ещё помнит каждую улицу Бруклина.

Президент Дональд Трамп заявил, что американские силы продолжают масштабные удары по Ирану, уничтожают его наступательные возможности и восстанавливают блокаду, направленную против торговли с Тегераном. Во время продолжительного общения с журналистами 13 июля 2026 года он также рассказал о переговорах, Ормузском проливе и масштабах ущерба, который, по его словам, был нанесён иранским вооружённым силам.

Выступление состоялось после мероприятия в Белом доме, посвящённого изменению границ национальных памятников Bears Ears и Grand Staircase-Escalante в штате Юта. После подписания документов журналисты начали задавать президенту вопросы об Иране.

Ответы Трампа быстро превратились в подробное описание американской военной стратегии.

«Мы разгромили их вооружённые силы»

На вопрос о том, как долго может продолжаться конфликт, Трамп ответил, что операция развивается очень быстро.

«Мы разгромили их вооружённые силы. Мы наносим им очень сильные удары».

По словам президента, американские силы должны были продолжить атаки в тот же вечер и сосредоточиться на военной инфраструктуре, связанной с Ормузским проливом.

«Мы атакуем их сегодня вечером и уничтожаем все их возможности, имеющие отношение к Ормузскому проливу».

Трамп добавил, что в конечном итоге США могут установить полный контроль над ситуацией в районе пролива.

Ормузский пролив остаётся одним из важнейших маршрутов мировой торговли нефтью. Любые нападения на коммерческие суда или попытки ограничить проход через него затрагивают не только Соединённые Штаты, но и государства Персидского залива, Европу и азиатских импортёров энергоресурсов.

Это был не равный «обмен ударами»

В предоставленной расшифровке Трамп не произносит дословную фразу:

«Ответ не будет пропорциональным».

Однако весь смысл его заявления прямо указывает на сознательно подавляющий ответ США.

Президент не описывал происходящее как равный обмен ударами между двумя сопоставимыми сторонами. Напротив, он говорил о систематическом уничтожении иранского военного потенциала.

«Сегодня вечером мы наносим им очень тяжёлые удары. У нас огромное количество боеприпасов. Мы наносим им очень сильные удары, и это будет продолжаться».

Трамп также заявил:

«Мы уничтожаем весь их наступательный потенциал».

Поэтому формулировка некоторых СМИ об обычном «обмене ударами» не передаёт содержание выступления президента. Трамп описывал не симметричную перестрелку, а кампанию, целью которой является лишение Ирана возможности продолжать атаки.

Трамп объявил о восстановлении блокады

Президент сообщил, что США восстанавливают блокаду, направленную именно против Ирана и компаний, продолжающих с ним торговлю.

«Мы возвращаем блокаду. Это блокада не против всех, а только против Ирана. Иными словами, любой, кто ведёт дела с Ираном, не сможет пройти. Все остальные смогут проходить».

Трамп назвал блокаду «очень сильной» и предположил, что она может оказаться даже эффективнее прямых военных ударов.

«Блокада, вероятно, была даже эффективнее, чем удары. Но я думаю, что именно сочетание этих мер действительно работает».

Из его слов следует, что Белый дом рассматривает военные и экономические меры как части одной стратегии: удары должны уничтожить военные возможности Ирана, а блокада — ограничить ресурсы, необходимые для продолжения конфликта.

Возможны ли переговоры?

Несмотря на жёсткую риторику, Трамп не исключил соглашения с Тегераном.

По его версии, стороны уже почти достигли договорённости, но Иран отказался от неё после того, как обнаружил неприемлемый для себя пункт.

«У нас была сделка вчера или позавчера. Всё было готово, а затем они немедленно отказались от неё, потому что нашли в соглашении что-то, что им не понравилось».

Когда журналист спросил, считает ли президент дальнейшие переговоры невозможными, Трамп ответил:

«Нет, я никогда не приходил к такому выводу».

Позднее он снова подтвердил, что соглашение остаётся возможным.

«Да, я думаю, что сделка возможна. Конечно».

Таким образом, стратегия Белого дома, судя по словам президента, заключается не в отказе от дипломатии, а в принуждении Ирана к переговорам с позиции военного и экономического превосходства.

Заявления об уничтожении флота и авиации Ирана

Во время выступления Трамп сделал ряд масштабных заявлений о нанесённом Ирану ущербе.

По словам президента, США:

• уничтожили иранский военно-морской флот;
• ликвидировали его военно-воздушные силы;
• уничтожили большую часть ракет и беспилотников;
• разрушили около 92 процентов возможностей производства дронов;
• уничтожили около 89 процентов мощностей производства ракет;
• вывели из строя радиолокационные системы и противовоздушную оборону.

Трамп заявил:

«Мы уничтожили их флот за один месяц. Мы уничтожили их военно-воздушные силы. Их авиации больше не существует. Мы уничтожили большую часть их ракет и большую часть беспилотников».

Он также утверждал, что все 159 иранских кораблей оказались под водой, а 230 боевых самолётов были уничтожены.

Эти цифры представляют собой заявления президента, прозвучавшие во время общения с прессой. Для окончательной оценки масштабов ущерба необходимы отдельные подтверждения Министерства обороны США, Центрального командования и независимые данные.

«Иран не получит ядерное оружие»

Главной стратегической целью Трамп вновь назвал предотвращение появления у Ирана ядерного оружия.

«Иран не будет иметь ядерного оружия».

Президент заявил, что без американского удара с применением бомбардировщиков B-2 Тегеран мог бы получить ядерное оружие в течение одного месяца.

«Если бы мы не нанесли удар бомбардировщиками B-2, они давно получили бы ядерное оружие — в течение месяца после того дня, когда мы их разбомбили».

По словам Трампа, наличие ядерного оружия у Ирана создало бы смертельную угрозу Израилю и всему Ближнему Востоку.

США потребуют компенсацию от союзников

Трамп также заявил, что государства региона должны компенсировать Соединённым Штатам расходы на их защиту.

Он перечислил Саудовскую Аравию, Объединённые Арабские Эмираты, Катар, Бахрейн и Кувейт.

«Я хочу, чтобы нам возместили расходы, потому что мы защищаем очень богатую часть мира».

Президент подчеркнул, что Соединённые Штаты сами располагают огромными запасами нефти и защищают регион прежде всего ради союзников и стабильности мировой экономики.

Трамп об американских СМИ

В конце выступления президент вновь обрушился с критикой на CNN и другие медиа, которые, по его мнению, преуменьшают успехи американской армии.

«У них ничего не осталось. Всё, что у них есть, — это фейковые новости».

Трамп заявил, что некоторые американские СМИ скорее хотели бы увидеть поражение США, чем признать победу американских вооружённых сил.

Эта часть выступления особенно важна на фоне публикаций, в которых масштабные американские операции и отдельные иранские атаки описываются нейтральным выражением «обмен ударами».

Сам президент представил происходящее совершенно иначе: как последовательную операцию по уничтожению способности Ирана угрожать американским силам, союзникам и международному судоходству.

Главный вывод

В выступлении 13 июля Трамп не использовал дословную формулу «ответ не будет пропорциональным». Однако он несколько раз дал понять, что американский ответ сознательно намного превосходит первоначальные действия Ирана.

Он говорил о:

• полном уничтожении наступательного потенциала;
• ликвидации флота и авиации;
• разрушении ракетного и беспилотного производства;
• восстановлении блокады;
• продолжении крупных ударов;
• принуждении Тегерана к соглашению.

Поэтому описывать происходящее просто как «обмен ударами» — значит скрывать главное содержание американской стратегии.

Речь идёт не о равном обмене.

Речь идёт о заявленной политике подавляющего ответа, при которой цена каждого нового нападения Ирана должна многократно превышать возможную выгоду от него.

---

Примечание редакции: статья подготовлена на основании очищенной расшифровки официальной видеозаписи Белого дома от 13 июля 2026 года. Таймкоды и технические элементы автоматических субтитров были удалены. Цитаты переведены на русский язык с сохранением исходного смысла. Заявления участников мероприятия о масштабах уничтожения иранских вооружённых сил требуют отдельной проверки по официальным военным данным.

Когда американский налогоплательщик финансирует международную радиостанцию, он, вероятно, предполагает, что за его деньги читателю будут сообщать проверенные факты.

Но в русской редакции Радио Свобода, похоже, изобрели более экономичный жанр: взять сообщение американского военного командования, добавить заявления иранского КСИР, перемешать их до состояния информационного супа и назвать всё происходящее «обменом ударами».

Получается почти спортивный матч:

Иран — США. Счёт равный. Команды обменялись ударами.

Одна сторона запустила ракеты или беспилотники. Другая в течение нескольких часов уничтожала ракетные базы, беспилотные комплексы, корабли, средства береговой обороны и другую военную инфраструктуру.

Но это, разумеется, всего лишь «обмен».

Как обмен рукопожатиями.

Как обмен открытками.

Как обмен мнениями на научной конференции.

Семь часов, которые не поместились в пяти

14 июля Радио Свобода опубликовало материал под заголовком:

«США в течение семи часов наносили удары по Ирану».

Издание заявило, что эту информацию сообщило Центральное командование Вооружённых сил США. При этом в официальных сообщениях CENTCOM перечислялись последовательные волны американских ударов по иранским военным объектам. На сайте командования опубликованы отдельные сообщения об операциях 7, 8, 11, 12 и 13 июля.

Вместо того чтобы чётко изложить хронологию и объяснить масштаб операции, Радио Свобода поместило рядом американские данные и утверждения КСИР о якобы нанесённых ударах по ангарам с F-15, F-16 и F-35, беспилотникам MQ-9, системе Patriot и установкам HIMARS.
При этом подтверждения уничтожения всей этой техники со стороны Пентагона в статье не приводится. Само издание осторожно пишет: КСИР «утверждает» и «как утверждается».

Юридически всё аккуратно.

КСИР утверждает.

Редакция перепечатывает.

Читатель запоминает американские самолёты, Patriot и HIMARS.

А если позднее выяснится, что никакие самолёты уничтожены не были, всегда можно объяснить: мы ведь не говорили, что это правда. Мы всего лишь поставили заявление иранской военной организации рядом с подтверждённым сообщением американского командования.

Так современная дезинформация нередко и работает: не обязательно прямо лгать. Достаточно предоставить подтверждённому факту и пропагандистскому заявлению одинаковое место на витрине.

Главное слово — «обмен»

Особенно выразительно звучит заключительная фраза Радио Свобода:

«Обмены ударами возобновились на прошлой неделе».

Именно множественное число: «обмены».

Сразу возникает картина симметричного военного противостояния. Иран ударил — США ударили. США ударили — Иран ответил. Почти теннис, только вместо мяча — ракеты.

Однако официальная лента CENTCOM показывает не одиночный ответ, а последовательные серии американских операций. За несколько дней командование сообщало о новой волне ударов, очередной серии ударов, завершении очередного раунда и новых ударах по военным объектам Ирана.

Поэтому честнее было бы написать:

Иран совершил атаку, после чего США начали многоволновую операцию по систематическому уничтожению иранских военных возможностей.

Но такая формулировка плохо вписывается в привычную картину, где Дональд Трамп должен выглядеть участником бесконечной и бессмысленной эскалации, а не президентом, который требует прекратить атаки, обеспечить свободу судоходства и принуждает противника к переговорам с позиции подавляющего военного превосходства.

Нельзя без отдельного подсчёта утверждать, что Америка отвечает ровно сотней ударов на каждый иранский запуск. Но представлять многоволновую американскую операцию и отдельные иранские атаки как равноправный «обмен» — всё равно что назвать снос здания «обменом кирпичами».

Свободная Европа, иранские источники

Наиболее удивителен выбор информационного авторитета.

Радио Свобода создавалось для того, чтобы предоставлять аудитории сведения, недоступные в условиях коммунистической цензуры. Сегодня сама RFE/RL заявляет, что её миссия — публиковать точные, неподцензурные новости и противодействовать дезинформации.

Но когда требуется рассказать о войне США с одним из ближайших союзников Москвы, в центре повествования внезапно оказывается КСИР — вооружённая структура иранского режима.

Можно было обратиться к Пентагону.

Можно было проверить заявления по спутниковым снимкам.

Можно было найти подтверждение у властей Иордании или Кувейта.

Можно было чётко разделить три категории:

1. что официально подтвердили США;
2. что подтвердили независимые источники;
3. что без доказательств заявил КСИР.

Вместо этого читателю преподносят знакомую информационную конструкцию:

«Американцы сообщили одно, а Иран утверждает другое».

Формально нейтрально.

Практически удобно для Тегерана.

Частная корпорация на государственном содержании

Здесь возникает закономерный вопрос: кто оплачивает эту журналистскую алхимию?

RFE/RL — не обычное частное медиа, зарабатывающее подписками или рекламой. Это зарегистрированная в штате Делавэр частная некоммерческая корпорация со статусом 501(c)(3), которая финансируется Конгрессом США через грант Агентства США по глобальным медиа. Сама организация подчёркивает, что получает деньги американских налогоплательщиков и обязуется соблюдать высокие стандарты прозрачности и ответственности.

Делавэр часто называют благоприятной для корпораций юрисдикцией, но было бы неверно называть его просто «безналоговым штатом»: отсутствие налога с продаж не означает отсутствия корпоративных и других налогов.

Гораздо важнее другое: перед нами юридически частная редакция, принимающая самостоятельные редакционные решения, но существующая благодаря федеральному финансированию.

В 2024 финансовом году пять поддерживаемых USAGM некоммерческих организаций совокупно получили $372 миллиона грантов. В их число входила и RFE/RL.

Сама радиостанция объясняет американцам, что финансирование необходимо для развития свободной прессы, борьбы с авторитарной пропагандой и защиты национальных интересов США.

Прекрасная миссия.

Остаётся понять, каким образом перепечатка неподтверждённых заявлений КСИР и размывание масштаба американской операции словом «обмен» защищают национальные интересы Соединённых Штатов.

При чём здесь российские биографии

Очень соблазнительно открыть биографии сотрудников русской службы, найти советские университеты, российские паспорта или многолетнюю работу в постсоветской журналистике и объявить ответ найденным.

Но это было бы тем же методом, который мы критикуем: сначала выбрать удобный вывод, затем подбирать под него биографические детали.

Место рождения и паспорт не определяют качество журналистики. Среди выходцев из СССР были выдающиеся защитники свободы, честные журналисты и убеждённые противники кремлёвской диктатуры.

Проблема не в российском происхождении работников.

Проблема начинается тогда, когда в финансируемом Америкой издании сохраняются привычки советской и постсоветской информационной школы:

• американское военное превосходство называть «обменом ударами»;
• заявления союзника Кремля ставить рядом с официальными американскими данными;
• неподтверждённые успехи противника описывать подробно;
• стратегическую цель американской операции оставлять за кадром;
• действия администрации Трампа подавать преимущественно как очередную эскалацию.

За это должны отвечать не паспорта, а конкретные авторы, выпускающие редакторы и руководство организации.

Для чего американцы это оплачивают?

RFE/RL утверждает, что американские налогоплательщики финансируют её ради свободной прессы и борьбы с дезинформацией.

Тогда налогоплательщик вправе задать несколько простых вопросов:

Почему официальное сообщение собственного Центрального командования пересказывается менее чётко, чем заявления КСИР?

Почему результаты иранских атак перечисляются до получения независимого подтверждения?

Почему серия масштабных американских операций превращается в нейтральный «обмен ударами»?

Почему редакция не объясняет разницу между фактом запуска ракеты и доказанным уничтожением самолётов, Patriot или HIMARS?

И наконец: почему американцы должны оплачивать журналистику, после прочтения которой информационная позиция иранского режима выглядит убедительнее, чем до прочтения?

Возможно, это не организованная кампания дезинформации.

Возможно, это всего лишь редакционная привычка.

Но для налогоплательщика разница невелика: деньги потрачены, КСИР процитирован, Америка снова представлена одной из двух одинаково виноватых сторон, а слово «Свобода» осталось в названии.

Когда-то Радио Свобода разрушало советскую пропаганду.

Сегодня отдельные материалы русской службы заставляют спрашивать, не научилась ли советская пропагандистская школа жить внутри Радио Свобода — уже на американский грант.

Утром в среду, 15 июля 2026 года, в Трайбеке пройдёт третий ежегодный NYC Economic Mobility Summit, посвящённый связи между доступным жильём и экономической мобильностью жителей Нью-Йорка.

Мероприятие под названием «Leveraging Affordable Housing to Advance Economic Mobility in NYC» организует независимый аналитический центр Center for an Urban Future. Саммит пройдёт с 8:00 утра до 12:30 дня в штаб-квартире Citi по адресу 45 Hubert Street. Двери откроются в 8:00, а основная программа начнётся в 8:45.

Организаторы намерены обсудить, как жилищная политика может помогать ньюйоркцам не только сохранять крышу над головой, но и улучшать своё материальное положение, получать образование, находить работу и создавать семейный капитал.

Однако среди заявленных тем есть вопрос, который требует особенно внимательного отношения со стороны налогоплательщиков: жилищная нестабильность студентов CUNY.

Что именно собираются предложить власти? Строить для студентов общежития? Оплачивать им аренду? Предоставлять жилищные ваучеры? Передавать квартиры в собственность? Или речь идёт только о временной помощи наиболее нуждающимся?

Пока официальная программа не даёт ответа.

Городской совет пока не предлагал дарить студентам квартиры

Важно сразу отделить факты от предположений.

Саммит организует не Городской совет Нью-Йорка, а Center for an Urban Future. Спикер Городского совета Джули Менин заявлена среди приглашённых участников, однако её присутствие ещё не означает, что Совет уже внёс законопроект о бесплатных квартирах для студентов.

В опубликованном описании мероприятия нет предложения оплачивать жильё всем учащимся CUNY, бесплатно передавать им городские квартиры или дарить недвижимость после окончания университета. Организаторы лишь предлагают обсудить, как доступное жильё может способствовать экономической мобильности, включая поддержку студентов, сталкивающихся с жилищной нестабильностью.

Таким образом, утверждать, что Городской совет уже решил поселить студентов за счёт налогоплательщиков, было бы неправильно.

Но задать вопрос о возможных расходах необходимо.

Что означает «жилищная нестабильность»

Для части студентов CUNY высокая стоимость жизни действительно становится серьёзным препятствием на пути к диплому.

Студенты могут жить во временном жилье, переезжать от одного родственника к другому, сталкиваться с угрозой выселения или тратить значительную часть времени на работу, чтобы оплачивать комнату. В более раннем исследовании Center for an Urban Future отмечалось, что студенты общественных колледжей CUNY нередко не заканчивают обучение, а среди препятствий, помимо оплаты учёбы, находятся транспорт, учебники, интернет, питание и жильё.

Проблема реальна. Но признание проблемы ещё не отвечает на главный политический вопрос: кто и в какой форме должен её решать?

Помощь студенту, временно оказавшемуся без жилья, — это одно. Массовая программа субсидирования аренды для десятков тысяч учащихся — совсем другое. А строительство отдельных квартир или передача жилья в собственность потребовали бы уже совершенно другого уровня бюджетных расходов.

Возможные варианты — от общежитий до ваучеров

До начала саммита неизвестно, какие конкретные предложения прозвучат. Теоретически речь может идти о нескольких различных моделях.

Город и штат могут расширить студенческие общежития, использовать свободные или недостаточно используемые участки университетских кампусов, создать временные жилищные программы для студентов, находящихся под угрозой бездомности, либо предоставить ограниченную помощь с арендой.

Center for an Urban Future ранее предлагал использовать отдельные участки на территориях CUNY для строительства жилья и получения дополнительного дохода на университетскую инфраструктуру и программы экономической мобильности. Это не было предложением раздать студентам бесплатные квартиры. Скорее, речь шла об использовании городской земли для строительства и финансирования других задач.

Аналитический центр также предлагал программы, связанные с поддержкой малообеспеченных студентов, расширением CUNY ACE и устранением небольших долгов перед университетом, которые могут мешать учащимся продолжить образование.

Все эти меры существенно отличаются друг от друга по стоимости и последствиям.

Почему вопрос налогоплательщиков нельзя обходить

В Нью-Йорке практически любое новое обещание доступного жилья рано или поздно превращается в вопрос о деньгах.

Даже если квартира формально не передаётся человеку бесплатно, город может оплачивать строительство, землю, налоговые льготы, эксплуатацию здания, жилищный ваучер или часть ежемесячной аренды.

Поэтому слова «доступное жильё» сами по себе ничего не говорят о реальной цене программы. Необходимо знать:

кто получит помощь;

сколько студентов смогут участвовать;

какие требования будут предъявляться к доходу и месту проживания;

будет ли помощь временной или постоянной;

должен ли студент работать или учиться полный день;

будет ли субсидия прекращаться после окончания CUNY;

какая часть расходов ляжет на городской бюджет;

будут ли средства взяты из существующих жилищных программ.

Без этих ответов невозможно определить, идёт ли речь о разумной адресной помощи или о создании ещё одного дорогостоящего обязательства, которое город будет финансировать неограниченное время.

А что получают семьи, уже платящие аренду?

Есть и вопрос справедливости.

Многие нью-йоркские семьи работают, платят налоги, оплачивают аренду по рыночным ценам и одновременно помогают своим детям получить образование. Если город создаст отдельную жилищную привилегию для студентов, власти должны будут объяснить, почему одна группа получает субсидию, а другая продолжает полностью оплачивать жильё самостоятельно.

Необходимо также определить, будут ли одинаковые правила действовать для студентов, которые выросли в Нью-Йорке, и для тех, кто недавно приехал в город ради обучения.

Помощь действительно нуждающимся может быть оправданной. Но программа без ясных ограничений рискует превратиться в субсидирование жилья для людей, которые приехали учиться в один из самых дорогих городов страны, не имея возможности самостоятельно оплачивать проживание.

Кто будет выступать

В числе заявленных участников саммита — спикер Городского совета Джули Менин, заместитель мэра по вопросам жилья и планирования Лейла Бозорг, комиссар Департамента сохранения и развития жилья Дина Леви, канцлер CUNY Феликс Матос Родригес, а также представители жилищных и общественных организаций.

Именно их выступления должны показать, обсуждается ли только общая проблема или у городских властей уже существуют конкретные планы финансирования студенческого жилья.

До завершения саммита преждевременно утверждать, что Городской совет предлагает подарить студентам квартиры. Но если политики собираются расширять государственную помощь, они должны прямо сказать, сколько она будет стоить и кто за неё заплатит.

Жильё как путь в средний класс

Главная идея мероприятия заключается в том, что стабильное жильё может стать основой экономического развития человека.

Когда семья не боится внезапного выселения и резкого повышения аренды, у неё появляется больше возможностей учиться, работать, накапливать деньги и планировать будущее. Но экономическая мобильность — это не только получение субсидии.

Настоящий путь в средний класс включает образование, стабильную работу, рост доходов, накопления и возможность приобрести собственное жильё.

Если государственная программа лишь годами оплачивает аренду, не создавая пути к самостоятельности, она может уменьшать текущие трудности, но не обязательно решать проблему экономической зависимости.

Поэтому участникам саммита стоит ответить не только на вопрос, как помочь студентам сегодня, но и на более важный вопрос: как сделать так, чтобы после окончания CUNY они могли сами оплачивать своё жильё?

Вопросы, на которые должен ответить саммит

После мероприятия Brighton Beach News будет особенно важно узнать:

Предлагают ли участники оплачивать студентам аренду?

Речь идёт обо всех учащихся CUNY или только о студентах, находящихся под угрозой бездомности?

Планируется ли строительство новых общежитий?

Будут ли использоваться жилищные ваучеры?

Какова предполагаемая стоимость программы?

Какая часть расходов ляжет на налогоплательщиков города?

Станет ли помощь временной или фактически бессрочной?

Будут ли квартиры оставаться собственностью города или университета?

До получения этих ответов наиболее точная формулировка выглядит так: Нью-Йорк собирается обсуждать помощь студентам CUNY с жильём, но официального предложения оплачивать или дарить им квартиры пока не опубликовано.

Именно поэтому утренний саммит в Трайбеке заслуживает внимания не только студентов и жилищных активистов, но и каждого жителя Нью-Йорка, оплачивающего городские программы из своих налогов.